korpilyon (korpilyon) wrote,
korpilyon
korpilyon

Categories:

Сергей Яковлевич (глава 10-я) "Эпизодик"

Я-3

  Годы сказываются на всех. Конечно, Сергей Яковлевич тоже старел, дряхлел... Но... Да что объяснять! Вот один эпизодик, связанный с оформлением доверенности. Конечно, в альбоме или каталоге я не стану этот рассказик печатать, но для вас, мои хорошие, напечатаю в ЖЖ. Потому что вы - хорошие!

     Сергей Яковлевич, мой педагог и друг, (прозвище – Старик) тайком от меня завещал мне свою квартиру. Когда это выяснилось, я не слишком удивился. Старик был одинок, я же являлся единственным близким ему человеком: друзья-подруги поумирали, или были уже «нехожалые». Что не удивительно, ведь на тот момент Сергею Яковлевичу исполнилось уже… ну, лет 97! Ну а те из знакомых, приятелей, что помоложе, – были обременены семьями, детьми, хлопотами… В общем, всё ясно.
     Вот тогда-то мой кум Олифант и предложил нам оформить куплю-продажу квартиры и подыскал нужного человечка, который мог бы озаботиться этой проблемой за вполне умеренную плату. Всё складывалось нормально, но, чтобы доверить конкретному лицу вести дела от имени Старика, необходимо было оформить доверенность в нотариальной конторе. Выяснилось, что одна такая контора находится рядом – минут 15 пройти пешком. Однако, даже, если бы Сергей Яковлевич чувствовал себя бодрей, дорога заняла бы минут 45 – не меньше! Его «качало», а при нормальной ходьбе он начинал задыхаться. К тому же он уже давно никуда не выходил, и пешая прогулка оказалась бы чрезвычайно тяжёлым испытанием для моего старичка.
   Я поймал машину. Доехали мы минут за десять (пришлось постоять на перекрёстке у метро), затем выгрузились, передохнули и стали подниматься по лестнице. Старик бодрился, взял довольно резвый темп. Видимо, для него посещение нотариуса оказалось чем-то вроде «выезда в свет». Сергей Яковлевич и впрямь светски улыбался, хитро помаргивал мышиными глазками… Даже голос у него изменился – стал твёрже, крепче…
     По счастью, народу в конторе не было, и мы сразу прошли в кабинет. Шкафы, бумаги, папки, компьютеры… Несколько озабоченных шустрых дамочек среднего возраста бодро шуршали документами и пощёлкивали кнопками клавиатур. Птички такие… в кофтах со стразами…
     Я усадил Старика на стул, принялся объяснять дамочкам, зачем мы пришли. Всю дорогу, да и раньше, я пытался втолковать Сергею Яковлевичу, куда и зачем мы едем.
     - Вы поймите, Сергей Яковлевич, там, в нотариальной конторе, вы должны будете сказать: «Хочу доверить ведение дел… такому-то…» Понимаете?
     Старик хитро посматривал на меня и кивал.
     - Понимаю, кхе-кхе…
     Мною овладевало смутное беспокойство.
     - Нет, вы точно понимаете?
     - Точно… «Пойми меня, мой старый друг…» Знаешь, откуда это?
     - Нет,- нервничал я,- не знаю. Вы, пожалуйста, запомните: вам… нужно… оформить… доверенность…
     - Зачем?
     - Сергей Яковлевич!!!
     - А, ну да, ну да… Оформить доверенность, я понимаю… Эх-хо-хо-о, выдумали доверенности какие-то… Как-то раньше, кхе-кхе, без этого обходились…
     - Когда? При Рюриках?
     - Ну-у, при чём здесь Рюрики?.. Да ладно, Мишенька, не волнуйся… Я, всё-таки, кое-что ещё соображаю.
     - Да при чём здесь!.. Нужно, чтобы вы чётко ответили на вопрос, а то ведь подумают, что я жулик, хочу обманом у вас квартиру выманить!
     - Ну да,- хмыкает непробиваемый Старик,- глупости какие! Вот я же тут живой сижу, всё соображаю… слава тебе Господи… Помнишь, у Лермонтова – «За всё, за всё тебя благодарю я: за тайные мучения страстей, за горечь слёз, отраву поцелуя…»
     - Тьфу!
     - «За месть врагов и клевету друзей…» Ой, забыл, как дальше…

     - Сергей Яковлевич, вы читали этот документ?- строгая дама пронзительно смотрит на Сергея Яковлевича сквозь очки.
     Старик невинно улыбается.
     - Что-что?
     - Говорите погромче, он плохо слышит,- мягко прошу я.
     Старик не особенно волнуется, просто, разговаривая с посторонними, он первые несколько минут привыкает к их голосам. Дама на меня не смотрит, но чувствуется, что она подозревает меня в самом худшем. У меня начинает болеть голова от всего этого.
     А Сергей Яковлевич улыбается. Безмятежно. Блин!
     - Вы читали этот документ?- она помахивает перед его лицом доверенностью.
     - Мы же с вами всё обсуждали, Сергей Яковлевич, я же вам объяснял,- севшим от волнения голосом говорю я.
     Нотариус останавливает меня жестом.
     - Подождите. Сергей Яковлевич! Вы понимаете, зачем вы здесь находитесь?
     - Я-то понимаю… А что?
     - Скажите про дове...,- начинаю я умоляюще.
     Меня резко обрывают и просят выйти.
     - Нам эта ситуация не нравится. Всё это выглядит крайне подозрительно. Человека привели в нотариальную контору, а он ничего не понимает. Михаил… Михайлович?.. Выйдите, пожалуйста, из кабинета, мы вас вызовем. Не надо отвечать за клиента, он в состоянии сам за себя отвечать.
     - Ладно, вам же хуже,- пожимаю я плечами и выхожу в предбанник. Народу по-прежнему – никого, и я прекрасно слышу каждое слово из-за закрытой двери.

     - Сергей Яковлевич, ЗАЧЕМ вы пришли?
     - М-м-м, зачем? Кхе-кхе…
     - Ну да, что вы от нас хотели?
     - От вас? Что же я могу от вас хотеть?..
     - Вот именно – что?
     - Ну как что… Кхе-кхе… Чтобы всё… было, как надо…
     - Что значит – «как надо»?!
     - М-да, если вы не знаете, что значит «как надо», видимо, не стоило к вам и приходить… кхе, кхе…
     - Но вот вы пришли, так?
     - Ну да.
     - Вы ведь не просто так пришли, правда?
     - Что же я – ненормальный? Мне, знаете, лишний раз с места сниматься…кхе-кхе… проблематично уже. Знаете, сколько мне лет?
     - Знаем. Может, вас насильно привели?
     - Хо-хо, «насильно»! Вы что, с ума сошли?
     - Я с ума не сошла. Но вот разве это нормально – пришёл человек и сам не знает, зачем?!
     - М-да… Что?
     - Я говорю… Сергей Яковлевич…
     - Да, я Сергей Яковлевич.
     - Сергей Яковлевич!! Всё это выглядит КРАЙНЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНО!
     - Ну-у, «подозрительно»!.. Хе-хе… Ну подозревайте, если хотите. Только, это самое, печать там на бумаге поставьте. А там уж подозревайте, сколько хотите.
     - Вот! Вот! Вы говорите – на бумаге. На какой бумаге? Вы вообще в курсе, что там написано?
     - Зачем же мне быть в курсе?
     - То есть как?!!
     - Хм! Глупости какие! Что я там интересного прочитаю в вашей бумаге?
     - Это не наша, это ваша бумага! Понимаете? ВАША!
     - Ну, раз моя, так это уже только меня касается – читать её или не читать…
     - Но вы же просите печать поставить!
     - Ну да. Давно уже прошу. А это так трудно – печать поставить?
     - Да поймите, я не имею права ставить печать, если вы не знаете, что в ней написано!!!
     - Ну да? (смеётся)
     - Да-да, ничего смешного, Сергей Яковлевич, тут нет. Речь идёт о вашей квартире. Хоть это вы понимаете?
     - Понимаю. Бумага моя. Квартира моя. А переживаете, почему-то, - вы!.. Странности какие, кхе-кхе…
     - Сер… Дедушка, милый, вот из-за этой бумажки вы можете КВАРТИРЫ ЛИШИТЬСЯ, понимаете, нет?!
     - Да? А если я именно хочу лишиться? Отдать её Мише?
     - Кому?.. А-а, этому молодому человеку, да?
     - Что?
     - Я говорю, Миша – это тот, что вас привёл?
     - Ну да, а кто же ещё? Мне другого не надо.
     - А кто он? Вы его знаете?
     - Мишу-то?
     - Мишу! Михал Михалыча!
     - А по-вашему я с первым встречным к вам пришёл? Хе-е, чудачка!
     - А кто он? Кто такой этот Миша?
     - Кто такой… Его все знают…
     - Кто все?! Кто все?! Я, например, его не знаю!
     - Тем хуже для вас. Миша замечательный!
     - «Замечатльный»! Вот выбросит вас на улицу, а сам отхватит вашу квартиру. Этот ваш замечательный Миша.
     - М-да…
     - Вы меня слышите?
     - Слышу. Но пока ничего толкового от вас не услышал…
     - Сергей… Дедушка, послушайте…
     - Хо-о, «дедушка»! Ничего себе, в девяносто семь внезапно дедушкой стал… Есть с чем поздравить…
     - Де… Сергей Яковлевич! Вы поймите, миленький, мне же ничего не стоит печать поставить…
     - Так что же не ставите? Мне, между прочим, скоро ужинать пора… эх-хо-хо-о…
     - Какой ужин! Вот я поставлю печать…
     - Наконец-то!
     - Я говорю, вот поставлю печать – и вы на улице окажетесь. Без квартиры!
     - Так это же моё дело, чудачка!
     - Да ведь жалко же, облапошат вас, как маленького!
     - М-да? «Как маленького»?.. Эх-хо-хо-о…
     - Вот именно – «эх-хо-хо-о»! Вы даже не знаете, как эта бумага называется!
     - А вы знаете?
     - Я знаю. Но это не важно. Квартира-то не моя, а ваша!
     - Вас не поймёшь – то важно, то не важно. Вы поставьте печать, а дальше это уж наше дело с Мишей.
     - А если он жулик?
     - А вы же его не знаете!
     - Я его не обязана знать!
     - Ничего себе – я какую-то бумажку должен знать, а моего Мишу вы знать не обязаны? Хе-е, хороша логика!
     - Хорошо. Нин, поговори ты с ним… Я больше не могу…
     - Сергей Яковлевич!
     - О, ещё одна объявилась. Ну надо же…
     - Мы вам поставить печать не можем.
     - Не можете? О, Господи, сказали бы сразу, а то уже целый час голову морочите…
     - Не можем, пока вы не сформулируете, что вам надо и как называется эта бумага…
     - М-да…
     - Что. Вам. Надо?
     - Ничего не надо. От. Вас. Только печать поставьте.
     - На чём?
     - Ну уж не не на лбу, конечно, хе-хе… Там, где надо.
     - А ГДЕ надо?
     - Так вы же лучше должны знать, кхе-кхе. Кто из нас нотариус?
     - Вот я поставлю печать и… что?
     - Ох-хо-хо-о… Ничего. Мы с Мишей домой пойдём. Между прочим, вы его задерживаете, а у него мама себя плохо чувствует.
     - Ну не знаю, я права не имею поставить, пока вы не сформулируете, что вы хотите.
     - Я уже сформулировал: домой поскорей хочу.
     - Да не будет у вас уже дома!!! На помойке будете ночевать!
     - Голубушка, мне почти сто лет… Уж в сто лет-то я имею право сам решать, где мне ночевать. Да хоть на помойке! Не у вас же дома…

     И услышал я надрывный истошный вопль нотариуса:
     - Михал Миха-алы-ыч!!!
     Вхожу, злорадно усмехаюсь, поглядывая на совершенно «сварившихся» дам.
     - Давайте ваш паспорт!

     В машине, когда ехали обратно, я глубоко-глубоко затянулся сигаретой, выпустил до-о-олгую дымную струю.
     - Много куришь,- вздохнул Сергей Яковлевич.- Здоровье только своё гробишь.
     - Что же вы не произнесли слово «доверенность»,- укоризненно спросил я.- Объяснял-объяснял вам…
     - Да ну их в ж…,- отмахнулся Старик, откинулся на спинку сиденья и тихонько запел:- « Ты сидишь одиноко, и смотришь с тоско-ой, как печально камин догора-а-ае-э-эт…»

(Продолжение следует.)
Tags: С.Я. Лагутин
Subscribe

  • Воспоминание.

    Иногда мне интересно, какие эпизоды, моменты, наиболее прочно запали в мою память. Я не о радостях и горестях, разумеется, говорю — именно о таких…

  • Если совсем коротко... (рассказ третий)

    Кофе Кофе? Кофе для меня — это банка, открытая банка… Поясняю. Были такие — в моём детстве. Металлический цилиндр, чёрный, с…

  • Если совсем коротко... (рассказ второй)

    Пустяковый совсем эпизод Проснулся раньше нужного. Оттого и на работу в Благотворительный Фонд отправился раньше. По дороге тянул время, заходил в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

  • Воспоминание.

    Иногда мне интересно, какие эпизоды, моменты, наиболее прочно запали в мою память. Я не о радостях и горестях, разумеется, говорю — именно о таких…

  • Если совсем коротко... (рассказ третий)

    Кофе Кофе? Кофе для меня — это банка, открытая банка… Поясняю. Были такие — в моём детстве. Металлический цилиндр, чёрный, с…

  • Если совсем коротко... (рассказ второй)

    Пустяковый совсем эпизод Проснулся раньше нужного. Оттого и на работу в Благотворительный Фонд отправился раньше. По дороге тянул время, заходил в…