September 10th, 2014

обычный

Музыка из "Крёстного отца" и абстракции

     Значит так... Эту музыкальную тему из "Крёстного отца" я не просто люблю. Этот... вальс, или... ну да, скорее, вальс, - всё во мне переворачивает. В хорошем, высоком смысле слова. Именно поэтому я и взял именно его для "музыкальных рисунков".
     Раньше я на своих уроках в школе давал ребятам такое задание - делать рисунки под музыку. Ну, чтобы как-то раскрепостить их, помочь им выразить чувства через цвет, линии и т. д.. А вот на днях предложил моей ученице из "Большой Перемены" нарисовать несколько абстракций на передачу разных душевных состояний. Она с заданием не справилась. Почему - сейчас не важно, но я задумался: "А я бы сам СЕЙЧАС смог бы хорошо сделать нечто подобное?" Раньше, в период учёбы, у меня это получалось неплохо...
     А тут ещё вспомнил слова Любы Гурович по поводу моих акварельных абстракций. Они ей понравились, а мнение коллеги... тем более, когда он мне весьма симпатичен... тем более, когда он - она, женщина... да ещё красивая... и талантливая... В общем, таким мнением я дорожу...
     Я писал уже, что холодно отношусь к абстрактному искусству. Но для разнообразия... Да ещё когда захотелось "проиллюстрировать" любимейшую музыку... Вот и получился цикл абстрактных рисунков, который делался непосредственно под музыку - я поставил ту мелодию в режим повтора одной дорожки.
     И вот новый клип...

обычный

Ещё один старый рассказ

"Обнажённая" Модильяни

Модильяни[1]


Три желания

    И рассказывал он неторопливо, пристально в меня вглядываясь, с видом растерянным и ошалелым.
   
    - И вот, значит, зашёл в пельменную. Взял полторы порции, сажусь за столик… А там сидит мужик какой-то. Пожилой, одет нормально, глаза вот только чудные: сумрачные глаза… И кольцо ещё на пальце серебряное. Но дело не в том, слушай…
     Я, значит, начинаю есть, а он, мужик этот, на меня не глядит и говорит вдруг, точно самому себе, а на самом деле, ко мне обращается: «Ну что, маловато чудес в жизни?» Это он меня спрашивает. Я ему: «Каких чудес?» А он: «Вам, небось, хотелось бы, чтобы, как в сказке, кто-то три любых ваших желания исполнил?» Думаю: ненормальный, наверно. Прицепится теперь, пожрать спокойно не даст. А он мне: «Н-ну что же… давайте попробуем.» И черенком вилки что-то начертил на столе, глянул на меня искоса так и ушёл. Вот как он посмотрел, я тут и почувствовал: чего-то здесь не так… Как бы объяснить… Есть такие люди – гипнотизёры там всякие, колдуны. Действуют как-то на психику. Ну вот он посмотрел на меня и сразу показалось, что он каждую мою мысль знает, знает всю мою жизнь и все события этой жизни, буквально по секундам. Я понятно говорю?.. Во-о-от…
   
   Collapse )
обычный

Смешно, не правда ли, смешно?..

    Руки
 Друзья… настоящие, реальные друзья – это особый разговор. Особый, отдельный… непростой, естественно… Но, думается, у каждого есть и «друзья особого рода».
     Бабушка моя одно время любила повторять: «Единственный друг у бабушки остался – радио!»…
     Но я о другом… Борхес, кажется, писал о том, кого мы, безусловно, можем назвать своими друзьями из литературных героев. Пожалуй… Нет, без всяких «пожалуй»: своими близкими друзьями я могу назвать и некоторых писателей! Например, я твёрдо могу сказать, что мой духовный наставник, мой «учитель литературы», мой близкий друг – Юрий Олеша. При том, что умер он лет за десять до моего рождения…
  Collapse )