korpilyon (korpilyon) wrote,
korpilyon
korpilyon

"Золотая лилия" (начало)

44882_600[1]

Странно всё устроено... Почему, например, возник этот коротенький цикл рассказов о советских школьниках? Возможно, потому, что какое-то время назад я сказал своему куму, что никогда не стану писать о проклятом своём школьном детстве... И почему написалось именно четыре рассказа (пятый не пошёл)?.. Хотя, само собой, тему советской школы 70-х, начала 80-х в нескольких рассказах не исчерпаешь... И почему последний рассказ получился самый драматичный?.. Можно долго думать, вычислять... и всё равно точного ответа не будет. Всё сложно как-то и странно...
Перед публикацией этих рассказов я предупредил: не было в моём классе, а, скорей всего, и во всей школе, таких ребят, как Жужа, Ваня и Саид. Я придумал их от тоски, от того, что удивительно покорными, насквозь просовеченными были дети из моей школы. И "геройствовали", "проявляли себя" некоторые из них - только когда унижали более слабых или более низких по статусу. Не все, конечно. Остальные молча за этим наблюдали и, вероятно, радовались про себя, что не их сейчас унизили...
Да что говорить! Когда умер Брежнев, например, в моём классе началась истерика - дети рыдали... Это ведь был не 53-й, а 82-й год!!.. И я, боясь подставить себя и свою семью, закрыл рукой лицо, притворился, что тоже переживаю... Так-кая гнусность!.. Я потом у многих спрашивал: ни в одной московской школе не было массовой истерики, когда умер Брежнев! Мы одни были такие...
А совсем уж тошно мне стало, когда спустя три года умер Черненко и из школьного радио плыла торжественная похоронная музыка, хулиганистые парни из моего класса, завернувшись в оконные шторы, ревели и рыдали - уже кривляясь, насмехаясь над похоронами... Они чувствовали - теперь можно, ругать не будут... НЕ ОПАСНО глумиться над смертью правителя!..
Как там говорил Дракон у Шварца? "Нет, нет, таких душ нигде не подберешь. Только в моем городе. Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души." Не знаю, возможно, бывшие мои одноклассники теперь изменились. Хочется верить, что хоть некоторые из них... изменились... Дай Бог... дай Бог... А директор школы несколько лет назад умер. Умерли, наверно, многие из учителей, калечивших наши детские души. Я не проклинаю их, не презираю даже.
Но я их помню. Помню их злобу или чугунное равнодушие... И не могу этого забыть. Как людей я их, наверно, могу простить. Но зло, ими содеянное, вызывает у меня брезгливость и возмущение.
Как говорится: "НЕ СМЕЙТЕ ЗАБЫВАТЬ УЧИТЕЛЕЙ!"

Прошу прощения, последнее моё предисловие слишком затянулось... Итак, последний рассказ цикла...



Глава первая «Значки»


В школе ждали французов: французскую делегацию, приезжавшую хрен его знает, зачем.
Они, французы, должны были появиться около часу дня. Какие-то классы отправили домой раньше времени. Правильно, меньше ребят – меньше проблем. Но 6 «А» не тронули. Классная, бледная и напряжённая, предупредила:
- Сидим все тихо, на перемене никто в коридор не выбегает. В туалет (Егорова, слышишь?!) – только с моего разрешения. Поняли? И я сейчас выйду и… не дай Бог, если в классе будет шум!!! Поняли?.. Так, я выхожу, и если хоть кто-то… хоть пукнет громко…
Слово «пукнет» вызвало одобрительный тёплый смех. Жанна Георгиевна сама чуть улыбнулась, радуясь своему остроумию.
- Ну, тихо-тихо… Чщ-щ-щ-щ!..- она приставила к губам палец с малиновым ногтем.
После её ухода шестиклассники завертелись, взволнованно зашептались. Так, видимо, шепчутся лесные эльфы, ожидая появления в лесу Великого Кудесника. Витя Проскурин по кличке Саид встал и подошёл к парте друга Жужи Горелика, наклонился к нему.
- Как будет по-французски «Здрасте, есть у вас какой-нибудь значок?»?
- Фиг его знает,- пожал плечами Жужа.- «Здрасте» - это «бонжур», а «значок»… Не, не знаю. А ты чего, думаешь у них значки попросить?
- А чего? Почему нет?
- Ох, Проскурин со своими значками…- вздохнула ломака Ира Сапрыкина.
- Тебя не спросили,- огрызнулся Жужа.
- Ага, дадут они тебе значки,- продолжала вредничать Сапрыкина.- Тебя и близко к французам не подпустят – троечника такого.
- А им пофиг, что я троечник,- усмехнулся Проскурин.- Какая им-то разница? Не, я, в натуре, попрошу…
- А ты так вот сделай,- предложила Сапрыкина и, протягивая сложенную лодочкой ладонь, по-нищенски заканючила:- Да-а-айте значок, Христа ради!
- Во дура,- презрительно сказал Витя Проскурин и шагнул к парте другого друга, Толяна Даванина (Вани).- Вань, как по-французски будет «дайте мне, пожалуйста, значок»?
Бледный и спокойный Даванин, разбиравший в этот момент свою ручку (почему не пишет, гадина?), поднял на Саида чуть удивлённые глаза.
- Зачем тебе?
- Ну, надо…
- Погоришь ты на этом деле.
- Ладно, не умничай. Знаешь или нет?
- Я знаю!- влез дурак Вадик.- «Гив ми, плиз, один значок»!
- Отвали,- пихнул его Витя-Саид.
- Тебя ж не подпустят к ним, Вить,- рассудительно объяснял Ваня.- На пушечный выстрел к французам не под-пус-тят. Понимаешь?
- Какого хрена? Я чё у них деньги, что ли, прошу?
- Вить… Советский пионер ничего у иностранцев не должен клянчить. Ты что, не в курсе?
- Не, смотри, я клянчить не буду: подойду так… культурно…- Саид показал, как подойдёт.- Скажу: «Анжур, господа! Дайте, пожалуйста, значок». Ну и чё будет? Школа провалится?
- Да не школа… Вить, ты что – тупой или прикидываешься? Не положено нам ничего у них просить!.. Считается, что у нас и так всего дофига и больше. Верней, они так должны считать.
- Не, а чё, всё-таки, будет, если я подойду и…
- Да что ты его отговариваешь,- влезла ванина соседка по парте Юля.- Пусть просит! Всё равно он французов не увидит даже.
- Чё это я их не увижу? Нам чё – глаза всем завяжут?
- Ага, и к стенке поставят!- радостно добавил кто-то со стороны.
- А пошли вы!- махнул рукой Витя и озабоченно вернулся на своё место.

Объяснимся. Проскурин пару месяцев назад стал коллекционировать значки. У него уже набралось штук двадцать с лишком. Несколько – грубо сляпанных, с пучеглазыми героями советских мультфильмов: Крокодил Гена с гармошкой, Волк из «Ну, погоди!». Два были поценнее: на одном, зеркально-блестящем, шагал чёрный зайка, лупящий в барабан; на другом в алом круге стоял, расставив ноги, беленький Кот в сапогах. У Кота извивалось, точно дразнилось, перо на снятой шляпе. Это было красиво.
Имелся и совсем уж приличный значок – «1000 лет Айслебену». Серебристый, в центре – синий щит, а на щите два белых крылышка. Прикольная вещь!
И ещё штук семь гербов (Калуга там всякая, Керчь), три – с изображением военных кораблей, а жемчужина коллекции – маленький коричневатый кленовый листик с надписью «Канада» - поперёк. Канада – это зашибенно! Как-никак – капстрана! И хоккеисты там – звери!.. И вообще…
Витя был мальчишка увлекающийся, горячий. Если уж стал собирать значки – тушите свет!.. Деда своего он уломал отдать ему знак ГТО с бегущим в красной звезде рельефным человечком (позеленевшим от времени… или от долгого бега…). Выменял пару значков за маленький перочинный нож. Подумывал, не спереть ли из школьного музея Боевой славы приглянувшиеся ему нагрудные знаки…
И вот приезжают французы в школу… Да-да-да, Витя знает: капиталисты – наши враги, они нас ненавидят. Наверно, мечтают завоевать. А не нападают, потому что мы – сильные, с такими связываться… себе, блин, дороже. Но… может, именно эти французы хорошие окажутся?! Ну, есть же и во Франции нормальные люди – Бельмондо, например, и этот… мелкий такой, лысик… Ну, жандарма играет в комедиях! Как его… И у мамки есть французские духи. Она ими один раз душилась – бережёт… Кстати, а почему духами именно «душатся»? В смысле - потому, что от запаха сильного – ДУШНО становится?.. Когда какие-то тётки в гости к родакам приезжают, то лезут тебя целовать и от запаха духов задыхаешься и тошнить начинает… Ладно, пофиг! Но значки-то заграничные – чёткие должны быть! У капиталистов всё красиво, всё… чётко так…
Так вот родилась идея попросить у французов значок… А повезёт – так и несколько! А почему нет-то???...

(Продолжение следует)
Tags: РАССКАЗЫ, ШКОЛА
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments